© Tamoikin Inc. (Canada)

© Tamoikin M.Yu.

                                                                                                                                

I.        O ВАЖНОСТИ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРИЗНАНИЯ СТАНДАРТОВ.

II.      СИСТЕМА ТЭС: ПОЧЕМУ ТЕХНОЛОГИЯ, А НЕ МЕТОД?

«...спокойствие и тишина, как оказалось, были обманчивы – они успокаивали только новичка, ураган плотной стеной мокрого снега обрушивался внезапно и не оставлял никакого шанса...» 

                                                                                                              Джек Лондон, «Белое безмолвие»

                                                                            § I.

Возможно, нынешний, уже второй год продолжающийся, мировой кризис явился серьезным стимулом для переосмысления каждым членом общества роли многих личных активов, к которым, без всякого сомнения, относится всё, что имеет цену и может быть продано. Несмотря на внушительные цифры годового оборота коллекционно-антикварного рынка – $180-260 млрд., из всей «товарной массы» антиквариата и предметов коллекционирования только очень малая её часть может быть отнесена к реальным активам, т.е. говоря языком оценщиков – иметь ликвидность. Подчеркнем, что к таковым из этой категории материальных ценностей отнесем только те, которые, как и любые другие - золото, недвижимость, автомашина и т.п., во-первых, - прошли соответствующий учет в гос.органах как налогооблагаемый актив своего владельца и, во-вторых, - в любой момент могут быть объектом легального залога или кредитования. В основном, это те раритеты, которые получили мировое или национальное признание, что, по мнению авторитетных экспертов /1,2/, составляет не более 0,3% от всего огромного «массива» предметов культурно-исторического наследия, когда либо бывших объектами сделок. Выходит, что основная «товарная масса» рынка антиквариата - это вещи, которые хотя бы один раз были куплены, но реальным активом так и не стали, что, с точки зрения юристов-налоговиков в реальной жизни означает «теневой» характер сделок с 99,7 %-тами этой категории товара. Изменить эту вопиюще-несправедливую ситуацию невозможности огромного количеству честных обладателей превратить свой предмет коллекционирования в собственный, востребованный легально рынком, актив (как, например, та же квартира или автомобиль), по нашему убеждению, можно только на основе реализации полномасштабной международной  программы, стержнем которой будет введение единых стандартов по оценке, паспортизации, маркировке и програмному обеспечению. 

Представим некую «линзу», через которую следует рассматривать данную публикацию и смысл её состоит в следующей аксиоме: предметы истории и искусств наряду с качествами «духовности» (т.е. художественно-эстетическими), как и любой материальный объект, имеют и функцию экономическую, т.е. являются товаром. Ныне же, даже в «супер-рыночных» странах как США, Канада, страны ЕС, не говоря уже про страны бывшего СССР, повсеместно наблюдается картина, когда такие профессионалы высочайшей квалификации как директор известного музея, профессор историко-археологического факультета, ответственный работник Министерства культуры и др. после раскрытия своих знаний о том или ином «курируемом» арт-факте, в ответ на вопрос о его рыночной цене в лучшем случае говорят что-то невразумительное или рассказывают (о несопоставимых между собой) ценах страховки и продаж аналогов на «звонких» аукционах, в худшем – воспринимают вас как человека из «враждебного ему лагеря». Как ни прискробно констатировать, но во многих державах наблюдается весьма отчетливый «водораздел», делящий всех участников антикварно-коллекционного рынка на два неравнозначных «мира»: в одном, весьма малом по численности, находятся вышеназванные категории специалистов-искусствоведов, которые в силу целого ряда факторов (включая прямой запрет от начальства) «шарахаются как черт от ладана» от всего того, что имеет отношение к определению стоимости и частному коллекционированию; в другом мире – обитают все остальные участники – коллекционеры, собственники, дилеры разного ранга и др., которые - в силу отсутствия элементарных рыночных механизмов, закрепленных законодательно, -  вынуждены существовать в «хаосе», столь выгодном для мошенников разного рода. Исправлять эту ситуацию следует незамедлительно! А неким «промежуточным» выводом из сказанного выше следует признать, по нашему мнению, такой: только тогда многие нынешние проблемы антикварного рынка будут решены, когда вышеназванная малочисленная (но «стержневая»!) категория настоящей элиты рынка древностей (по сути являющегося макро-масштабной индустрией) – научные работники, специалисты-искусствоведы, гос.чиновники и законодатели начнут признавать любое произведение искусства как товар и станут применять к нему те же законы (научные и юридические), что и присущи любому иному товару в условиях рыночных отношений. Правда, для этого им также, на наш взгляд, необходимо переосмыслить некоторые устоявшиеся в их среде стереотипы мышления.   

С этих позиций и продолжим наши дальнейшие рассуждения. Из истории экономики мы все прекрасно знаем, что по мере развития мирового сообщества совершенствовались взаимоотношения по контролю за «движением»  товара от момента его производства до «использования по назначению» конечным владельцем. В результате чего, к настоящему времени для каждой группы товара в каждой стране в разных сферах «структур управления» (в финансовой – Министерство Финансов, юридической – Министерство Юстиции, статистической – Счетная Палата, оценочной – Фонд Гос.имущества и т.п.), действуют соответствующие правовые акты и инструкции, которые позволяют говорить о возможности управления и контроля, образно говоря, практически за каждой его единицей. А поскольку мировое сообщество все больше подвержено процессу интеграции экономики, то вот уже более, чем полвека, практически в каждой сфере мировой экономики (называемых рынками – «рынок металла», «рынок финансов», «рынок недвижимости», «рынок лесной продукции» и т.п.),  все без исключения участники тех или иных операций используют в своей практике соответствующие международные стандарты, создающие им комфортные условия для работы с той или иной разновидностью товара как внутри страны, так и за ее пределами. Не отрицая возможности начала изменений этой ситуации на государственном уровне, тем не менее, представляется много более эффективным, когда такие преобразования затронут не одну страну, а как минимум - несколько государств, объединенных единой культурой и имеющих сходные законодательства в этой сфере.  А основной движущей силой такого Проекта, по нашему убеждению, как раз и должна стать вышеупомянутая настоящая элита музейно-антикварного сектора мировой экономики – научные работники и руководство музеев, эксперты-искусствоведы, профессорско-преподавательский состав специализированных учреждений и НИИ, ответственные работники гос.учреждений, к которым – по мере движения по упорядочиванию рынка – примкнут и другие участники рыночных отношений: коллекционеры-специалисты, юристы, оценщики и пр.

Почему в данном случае мы ставим акцент на приоритет утверждения международных стандартов по отношению к национальным?

Во-первых, как правило, международные стандарты несут рекомендательную функцию, в то время как государственные – являются законом. Во всяком случае, именно так обстоит дело со стандартами МСО /3/ у оценщиков, которые в определенной степени, на наш взгляд, могут служить ориентиром если не по сути, то хотя бы по форме в такой работе.

Во-вторых, при нынешней интеграции экономик, валют и в еще большей мере – предметов культурно-исторического наследия, скорее всего, важнее вначале утвердить некие «правила игры» на международном уровне, а потом – принять их на национальном, каждым государством в отдельности. Потому что пытаться в такой ситуации найти  «золотую середину» или компромисс на основе имеющихся «в портфеле переговоров» своей, национальной, методики оценки и документа о собственности, к примеру – в очень актуальных после Второй Мировой войны вопросах реституции, бесполезно и бесперспективно. А сегодня почти еженедельно корреспонденты различных источников масс-медиа приводят факты, которые «один в один» копируют комментарии судей, адвокатов истцов и ответчиков , звучащие примерно так (в «гущу разборок» попала и такая известная персона, как экс-госсектретарь США г-жа Мадлен Олбрайт - ей предъявлены претензии на ряд картин из её коллекции – отметим – приобретенных законно, но которые в период войны были незаконно изъяты у бывшего владельца, что по-сути и цитируется далее): «Компромисса и решения в связи с различным законодательством стран прежнего и нынешнего владельцев в отношении спорного предмета НЕТ, а искусствоведы-оценщики не могут убедительно разъяснить Суду на основании чего ими получены величины стоимости...  Решение Судом не принято, дело «зависло в воздухе...» (”The Times”, 29/11/2002). Чтобы окончательно убедить читателя в актуальности утверждения международных стандартов по «стержневым» вопросам функционирования мирового рынка (оценка, паспортизация, маркировка) позволим себе цитирование про различия в ныне действующих законодательствах, которые, как раз, из-за отсутствия таковых позволяют мошенникам легализовывать и наживаться на украденных шедеврах: «Скажем, в США и Канаде похищенное имущество никогда не сможет стать законной собственностью. Зато в Великобритании по истечении шести лет после приобретения краденой картины она окончательно переходит в собственность нового владельца. В Швейцарии владелец похищенного произведения может в течении пяти лет разыскивать свою собственность и заявить претензию в суд, в противном случае право собственности переходит к новому владельцу, даже если он является вором. Во Франции требуется всего три года для того, чтобы «отмыть» запятнанную воровством собственность. В Японии на это уходит два года. В Италии добросовестное приобретение автоматически дает право собственности...  Одна из самых страшных опасностей, которую стараются не говорить вслух, заключается в том, что похищенные картины из музея ... могут быть проданы покупателям из стран, где очень просто получить право на собственность» /2, с.142/. Следствием такого современного, подчеркнем - удобного для мошенников, положения в законодательствах разных стран может быть по нашему убеждению вывод о том, что проблему не стоить замалчивать, её надо решать. И одним из эффективных решений могут быть наши предложения в виде Проекта ТЭС, важнейшей частью которого является международная координация и утверждение стандартов. 

В-третьих, примеров, которые бы свидетельствовали о слабоэффективной работе национальных стандартов (созданных исключительно на базе специфики раритетов страны и, вследствие чего - не востребованных в какой-либо иной стране) в плане должной защиты своих же, национальных раритетов, оказавшихся по воле судьбы за границей имеется не так уже много, но достаточно, на наш взгляд, для ориентира всё же в пользу высказанной нами выше точки зрения. Для иллюстрации чего, возьмем Японию с её многовековыми традициями и бережно хранимыми предметами культурно-исторического наследия. Не отрицая наличия государственного образца и контроля за выдачей документа о собственности на тот или иной раритет, все же форма ввода информации (равно как и ее параметры) в такой паспорт применима исключительно в Японии и невозможна в какой-либо иной стране. Не менее проблематична и ситуация со стандартом оценки на предмет истории: в основу «стартовой величины» (=базиса, от которого ведется расчет) для каждого предметно-тематического направления положены цены, которые с определенной периодичностью устанавливаются авторитетной комиссией. Специфичность японского метода оценки заключается в том, что за такой базис берется «верхний предел» (т.е. максимальное значение цены), соответствующий сформированной комиссией стоимости самых ценных и особо почитаемых в Японии (для этого тематического ряда) предметов, а далее все остальные раритеты считаются низшего ранга и при необходимости государственной оценки именно на такой, понижающей, шкале строится расчет. В то время, как рынок даже в самой Японии хоть и в ряде случаев вынужден пользоваться государственным стандартом (например, для целей налогообложения), но далеко не всегда при сделках дилеры используют понижающийся вариант – им это не выгодно,  а чаще всего, торговцы берут некую «замороженную» величину гос.оценки аналога и от неё пытаются уговорить покупателя приобрести вещь всё же за более высокую стоимость, для чего в качестве аргументов используют совсем иные механизмы. Здесь нет смысла говорить о субъективизме оценки как при работе гос.комиссии, так и в рыночной торговле – волюнтаризм налицо, отметим все же позитив: стандарт есть и он не позволяет мошенникам занижать цены на наиболее древние предметы (суть метода японской системы оценки – чем старше вещь, тем она дороже) и, кроме того, - никакой объект «непонятной»  культуры (типа инсталляций и «черных квадратов»), не имеющий доказанной «связи» с национальной культурой никогда не будет оценен в Японии по гос.стандарту выше исторического раритета - даже если таковым будет элементарный предмет быта (например, набор пиал для сакэ, ночные светильники или иная простая, на первый взгляд, вещь). Как мы знаем – на Западе (США, ЕС, Россия и др.) картина прямо-противоположная. Есть еще один минус «японской системы», о котором нельзя не упомянуть, говоря о стандартах – это факт того, что при таком подходе сами японцы практически полностью игнорируют (денежную и духовную) ценность предметов, волею судьбы оказавшихся за пределами страны. Эти предметы считаются как бы «потерянными» для нации и не входят в «круг» периодической пере-оценки гос.комиссией особо почитаемых раритетов (в каждой тематической группе), даже если такой «потерянный» предмет на самом деле много «ценнее» иного другого, находящегося в Японии. Как следует из сказанного выше, национальный стандарт, действующий в одной стране, не всегда может стать примером для подражания в другой и, тем более, стать международным.

В-четвертых, если следовать поговорке «здание перестраивать всегда сложнее, чем строить с нуля», то в этом плане при отсутствии международных (и национальных) стандартов в подавляющем большинстве стран (в т.ч. и в развитых, т.е. первой двадцатки), возможно, будет много легче под «фундамент каждого национального здания» подвести базис в виде принятия мировых станадартов-рекомендаций, а уже затем – каждое государство (имея «образец») по такой «матрице» утвердит свои нормативы. Таким образом, поскольку актуальность этой проблематики не вызывает сомнений (особенно в разгар финансового кризиса) – все «механизмы-моторы» национального и мирового рынков антиквариата давно работают «не в такт» и все больше чувствуются их критические сбои (проблемы фальшаков, кражи, контрабанда, не надлежащее налогообложение, невозможность сделать купленный или имеющийся предмет активом, не работает банковско-страховой сектор и т.п.), то высказанный вначале тезис имеет, по нашему убеждению, явный позитив быть принятым в качестве «руководства к действию».

Наконец, в-пятых, данное предложение о приоритете официального признания международных стандартов по оценке, паспортизации, маркировке и програмному обеспечению носило бы чисто декларативный и инициативный характер, если бы у нашего международного коллектива под «знамёнами» Корпорации Tamoikins Museum (Canada) не было бы достаточно убедительных аргументов в пользу рассмотрения в качестве претендета на такой статус Системы ТЭС.  Ранее /4,5,6,7/ на основе более, чем 10-летней аппробации авторских разработок, нами раскрыты преимущества этого уникального продукта, способного (при поддержке на государственном и международном уровне) эффективно и в относительно быстрые сроки перевести весь Мировой рынок антиквариата из теневого оборота на «рельсы» порядка и контроля (как в XXI веке функционируют все другие рынки). Экономическая выгода при работе на рынке Системы ТЭС для каждого владельца предмета культурно-исторического наследия – будь то: государственный музей или частное собрание, дилер уличной торговли или основатель известного аукциона, собственник самовара или обладатель старинного кресла –  будет много больше, чем при ныне царящих на нем взаимоотношений. Но еще большую пользу от внедрения Системы ТЭС получит государство – в виде должного налогообложения и учета национальных раритетов в какой бы точке Земли они не находились, что кардинальным образом поможет воспитанию населения в духе знания и уважения к своей истории через изучение предметов искусств и коллекционирования, имеющихся практически в каждой семье. Не повторяя сказанное в наших других, уже опубликованных работах, следующим параграфом этой публикации остановимся на важном аспекте Системы ТЭС – осмысления её с позиции защиты Авторских разработок от несанкционированного пользования, а также – на раскрытии наших достижений с точки зрения производства и всех юридических моментах с ним связанных.

                                                                  § II.

В период работы над созданием методик ТЭС (1998-2008) и вплоть до настоящего времени мы именно так публично и называли наши основные продукты – оценку, паспортизацию и маркировку: «метод ТЭС по оценке предметов коллекционироания», «метод оформления Паспорта ТЭС», «метод маркировки ТЭС». Но – настало время изменить данную неправильную терминологию на иную, соответствующую реальным операциям по производству документации на основе Системы ТЭС (кстати, название «Система ТЭС» мы ввели в 2006 году, когда впервые начали понимать различия). Причин для этого несколько, но основными из них являются две:

Первая.  Наша Корпорация вполне понимает (и до настоящего времени – не предпринимала контр-мер) факт того, что  - с периода 2004 года, когда мы впервые прорекламировали (публикациями, конференциями и созданием сайта www.tamoikinsmuseum.com) концепцию Аттестации ТЭС предметов коллекционирования (где достаточно подробно описали авторские подходы по оценке, паспортизации и маркировке ТЭС) - разного рода (мягко говоря) недобросовестные персоны будут несанкционированно пользоваться нашим продуктом. О том, какое количество плагиаторов и нарушителей использует с выгодой для себя разработки ТЭС можно только догадываться, поскольку число тех, кто приобрел законным образом Лицензию на право заниматься коммерцией по Системе ТЭС к 2009 году составило более 2,5 тыс. человек, а самой документации ТЭС выдано только нашей Корпорацией более 58 тысяч при отсутствии каких-либо рекламаций! Отметим, этих показателей мы достигли при отсутствии с нашей стороны масштабной коммерческой реализации авторского Проекта ТЭС, в долгий «период экспертиментов» и «отшлифовки со всех сторон» того или иного продукта ТЭС (2002-2009), поэтому их надо рассматривать как позитивный индикатор и, по-видимому - как доказательство серьезного успеха. Не удивительно, что вокруг нашего коллектива постоянно находились и находятся до сих пор разного рода нечистоплотные лица, желающие «что-либо стянуть» и быстрее «нагреть на этом руки». К примеру, только сайтов, на которых несанкционированно размещена реклама о выдаче документов на основе «метода ТЭС» на сегодняшний день в Интернете нами найдено 9. Все эти годы (2004-2009) мы не особенно активно противодействовали плагиаторам и нарушителям, поскольку находились в «фазе эксперимента» и официального не признания каким-либо государством (не путать с той или иной гос.структурой – институтом, музеем, реставрационным центром и т.п., ряд которых с нами давно и плодотворно сотрудничают). В этом году ситуация кардинальным образом изменилась: Система ТЭС в своей основной структуре создана, а все аспекты внедрения и пользования на территории любой страны как в варианте признания государством, так и без оного – отработаны. В связи с чем – мы начинаем «наступление» на эту категорию недальновидных и жуликоватых персон разного ранга. Однако, здесь акцент сделаем на другом – на сознательном введении в заблуждение всех плагиаторов, которые на основе наших разработок (взяв из ТЭС от 80 до 99%) создали свои «методы оценки», и которых – из числа «воров по крупному» - в мире наситывается три (один в России, один в Китае и один в одной маленькой Ближне-Восточной стране). Называть их имена раньше времени не стоит – много чести и рекламы, а вот после завершения судебных процессов с получением нами должной компенсации планируем опубликовать статьи и выпустить видео-ролик по таким событиям.  Это первая причина, объясняющая наступление даты «х» (сентябрь 2009 г.), с которой начинается предъявление исков нарушителям и плагиаторам до полного их фиаско.

Вторая причина уже отчасти раскрыта – это факт того, что начата работа по признанию некоторыми государствами и известными Международными организациями Системы ТЭС в качестве государственного и международного стандартов. В связи с чем, уже мириться с фактами «фальшаков» ТЭС  негоже.

Вернемся к сути выше сделанного заявления об осознанном (нами спланированном в какой-то степени) с 2006 года «уводе на минные поля» неправильного представления (и, следовательно – юридически провального) «клона» наших продуктов ТЭС на рынке. Для понимания чего будем пользоваться консультацией патентоведов и юристов, специализирующихся в области защиты Авторских прав.

Итак, при создании кем-либо какого-либо нового способа решения той или иной актуальной проблемы в области получения материального продукта автор, желавший защитить свое изобретение и извлечь из него коммерческую выгоду, вначале при описании (подаче заявки) обычно использовал термин «метод». Не углубляясь в этот аспект, можно найти массу заявок, например, такого рода «Метод извлечения золотых частиц из речного золотоносного песка с помощью вращающихся фильтров». Отметим два важных, для понимания сути, момента – (1) присутствия термина «метод» и (2) наличия материального продукта (золотых частиц).  Такая первоначальная заявка (в Патентные бюро или в Структуры «копирайт», а также – в иные официальные организации, закрепляющая юридически права на новшество или изобретение за Авторами (в плане правомерности в дальнейшем их требований на получение  дивидендов от коммерческого пользования кем-либо), как правило, при наличии «на выходе» материального продукта регистрировалась и защищалась относительно легко. Особенно при наличии технического «сопровождения» - устройства в виде «вращающихся фильтров» в приведенном выше примере. Правда, в дальнейшем, для этого типа примеров, она, как правило, корректировалась в названии и описании патентоведами или юристами, но об этом ниже. 

Совсем иначе в разных странах обстоит дело с подачей заявки от создателей, например, таких уникальных разработок как «Метод расчета численности насекомых-вредителей ...» или «Метод массажа при исправлении деформации хрящевой ткани детей до года» и т.п., где в результате пользования методом никакой новый материальный продукт не появляется или вообще не предусмотрен. В ряде стран (за исключением США, Израиля и др.) заявки на защиту Авторов в плане незаконного извлечения коммерческой выгоды каким-либо пользователем подобных изобретений и «ноу-хау» практически все до 2007 года отклонялись (характерно для всех стран бывшего СССР). Мотивировалось такое отклонение (напомним - в ограниченном числе стран) отчасти на основании сложных дискуссий и выводов весьма многочисленных разного уровня международных и национальных конференций, на которых регулярно поднимали эту проблематику приблизительно с 1950-х годов прошлого века. Выводы базировались на нелогичности специалистов и недальновидности органов, принимающих и регистрирующих подобные изобретения в связи с тем, что в таком случае особо «шустрые» индивидуумы начнут подавать заявки на защиту Авторских прав, к примеру на такие известные человечеству из «глубины веков» «банальности» как «Метод наложения чернил на бумагу» или «Метод постановки мебели в вертикальное положение». После получения Патента или Авторского Свидетельства на подобные «методы» получается, что без контракта с Автором и, разумеется – последующих отчислений за пользование «авторским методом», человечеству не обойтись. В результате чего, соответствующие органы по защите Авторских прав ряда стран отказались регистрировать любые Авторские «методы», если они не предусматривают использование оригинального технического оборудования, а результатом не является какой-либо материальный продукт. В этой связи, отметим, что только ряд западных стран во главе с США и Израилем где-то с 1970-х годов дифференцированно подошел к выдаче Авторских Свидетельств на подобные изобретения – для этого-то и существуют штаты чиновников этих институтов, чтобы разобраться в заявке что в ней нового: или Автор хитрит и пытается извлечь в дальнейшем коммерческую выгоду от метода, которым человечество пользуется с незапамятных времен, или всё же – в заявке есть уникальное творение в виде «способа решения проблемы» (= суть термина «Метод»), которое может приносить (рано или поздно) коммерческую выгоду, а значит Автора нужно защитить. Понятно, что в вышеприведенном примере об учете численности насекомых на основе какого-то нового решения можно более точно рассчитать объем необходимых химикатов для их уничтожения, что уже означает наличие коммерческой выгоды как минимум в трех позициях: (1) экономия химикатов и планирование расходов собственных финансов на их покупку; (2) уменьшение вредной химической нагрузки на сельхозпродукцию и почву; (3) что, несомненно, влияет на здоровье людей и т.п. и т.д. Другой пример -  ученый создал новый метод легирования стали на основе новой формулы расчета. В России такой Автор-изобретатель от всех пользователей, кроме ссылки в каком-либо тексте на свое имя при упоминании авторского метода, никакой другой защиты не получает, даже если на этом основании некий металлургический комбинат поимел миллионные выгоды. А вот, в США – все четко: Автор будет получать определенные договором %%-ные отчисления (но не более 9%) от любых пользований его методом. Здесь, кстати, уместно сказать, что немалое количество ученых и изобртателей именно по этой причине незащищенности своих «детищ» в виде «метода с отсутствием признака материального продукта, либо применения оригинального материального устройства» (из «типового» Отчета рецензента в РФ по отклонению заявки) иммигрировали и продолжают иммигрировать из России, Украины и других стран бывшего СССР в те же США и иные страны.  Правда, начиная с 2007 года ситуация в России и Украине постепенно начала изменяться в пользу меньшего отклонения подобных заявок (видимо, следуя примеру США) и в этом, как ни странно, помогли массовые претензии театралов и кинопродюсеров. В результате их усилий с 2007 года в той же России, все же, появились случаи регистрации Авторских прав даже на «оригинальные па» актеров (правда, только для «звёздных») в театральных постановках, предусматривающие Авторские отчисления от повтора иными лицедеями подобных телодвижений на других театральных площадках. Но подобная практика в этой группе стран (Россия, Украина и др.) носит эпизодический характер.

Такой краткий экскурс в «епархию» патентоведов и органы защиты Авторских изобретений, возможно, помог нам и читателю получить представление о том, каким образом в разных странах происходит ныне превращение новшества, имеющего в заявке первое слово «Метод...» в законный продукт, защищенный от несанкционирования коммерческого пользования в зависимости от присутствия в рецензии фразы «получение материального продукта не предусмотрено...». Или не происходит.

Продолжим. Для лучшего восприятия материала предлагаем углубиться в суть вообще любого Авторского изобретения – будь то создание новой формулы (для какого-либо метода), кардинально новое решение той или иной производственной задачи, например – создание принципиально новой модели управления автохозяйством, разработка компьютерной программы, «ноу-хау» по обработке металла и т.п. 

Итак, общество на каком-то этапе своего развития в той или иной производственно-экономической отрасли или сфере деятельности стоит перед задачей улучшения работы или совершенствования чего-либо. Некий Автор или группа Авторов начинают «ломать голову» над такой проблемой. Здесь же подчеркнем, если они пытаются решить задачу, работая в гос.учреждении и это относится к их специализации (т.е. они получают деньги от государства) – это один случай, который в конечном итоге «выливается» в собственность этого гос.учреждения на Патент или Авторское изобретение (т.е. гос.учреждение становится Правообладателем при Авторстве конкретных создателей); а вот если некая частная фирма или физ.лиц-о(-а) самостоятельно, на свой страх и риск, вкладывают собственные средства и тратят время на решение такой задачи (стоящей перед обществом в той или иной сфере) – это совсем другой случай, который как раз ныне почему-то (? – возможно из-за нерадивости законодателей) наиболее защищает Авторов (частную структуру) от плагиата в США и Израиле, нежели чем в России или Украине. Рассмотрим общую «схему» как происходит такое «действо» на основе «кибернетических» блоков:

 

(1)Проблема

(2)Анализ

(3)Выводы

(4) Аудит выводов

(5)Постановка задачи

(6)Поиск идей решения

(7)Выбор направления решения

(8)Способ решения

(9)Правильное решение

(10)Аппробация решения

(11)Аудит решения

(12) Защита Авторских прав на решение

(13)Публикация решения

(14)Последующая корректировка решения

(15)Внедрение решения в практику (рынок)

А теперь её весьма кратко «расшифруем»:

(1-5) сначала наиболее полно анализируется проблема. Это наиболее сложный этап работы, потому что от выводов, сделанных в результате таких исследований зависит как постановка задачи, так и выбор направления (линии) будущего поиска решения. В итоге – делаются выводы, которые, заметим, дальновидные Авторы как правило отдают на критику наиболее сильным оппонентам. На основе выводов от такого глубокого анализа проблемы ставится задача, для решения которой, опять же, необходим либо подбор высоко квалифицированных специалистов в соответствующей области, либо нужны собственные, достаточно обширные знания;

(6-11) далее происходит весьма непростой этап поиска идей решения, в результате чего определяется «направление главного удара» (т.е. примерное «поле» вероятного нахождения решения проблемы), завершающееся на основе выбранного способа правильным (по мнению создателей) решением, которое, в свою очередь, безусловно нуждается в аппробации и аудите. При положительных результатах этого этапа разработок можно уже говорить об успехе и не проигрышном характере финансовых и временных затрат;

(12-15) на базе положительных предварительных результатов, оформленных должным образом (в соответствии с законодательством той или иной страны) Автор-ом(-ами) подается заявка в органы регистрации Авторских прав и после её официального принятия можно говорить о юридических основаниях по пресечению плагиата. После этой акции Автор-у(-ам) выгодно как можно шире разрекламировать свое изобретение (научные и общественные публикации, реклама) в первую очередь для того, чтобы более широкая аудитория (чем первый/предварительный аудит – см.выше) высказала свою критику, на основе которой Авторы либо корректируют своё детище, либо решают в таком виде начать внедрение его в практику.

Если вышеприведенные рассуждения убеждают читателя в непростом процессе рождения любого новшества, то еще более понятны будут выводы о том, что в случае нахождения частным юр. или физ.лицом позитивного решения проблемы, над которой десятилетиями безрезультатно «бились» весьма авторитеные спецы разных стран (в том числе государством субсидируемые НИИ), вполне обосновано, на наш взгляд, желание Авторов извлечь коммерческую выгоду из конечного продукта. В таком ракурсе, применительно к истории создания «метода» и Системы ТЭС, ниже будет дана юридическая оценка её 100% (в любой цивильной стране) защиты Авторского права, а сейчас рассмотрим следующие термины для восприятия логики этой публикации.

Итак, в связи с «концентрацией интереса» вокруг термина «метод» давайте раскроем его понимание с точки зрения патентоведов и юристов, специализирующихся на защите Авторских прав: 

Метод – практическое решение проблемы;

Большинство патентоведов и юристов этой области относят к этому понятию, как правило, одну, простую операцию. Методу предшествовала (как уже было сказано выше) идея:

Идея – теоретически-й(-е) вариант(-ы) умственного решения проблемы;

Для многих случаев изобретений характерно использование не одного метода (т.е. одной, простой операции), а нескольких, причем, новшеством Автора может быть только один из них, но именно он должен приводить к принципиально новым результатам. В этом случае принято говорить о Методологии:

Методология – практически-й(-е) способ(-ы) решения проблемы, использующи-й(-е) несколько различных методов.

Повторим еще раз выводы о защите Авторов в случае «выдачи на гора» оригинального продукта в виде идеи, метода и методологии:

(а) ни в одной стране Мира идеи не защищены ничем, кроме ссылки при любом цитировании на Автора;

(б) для изобретения в виде «метода» и «методологии» защита Авторов будет 100%-ная в случае получения в результате их пользования (в т.ч. измененного) материального продукта, либо в основе лежит использование оригинального технического устройства, либо – для ряда стран (США, Канада, ЕС, выборочно – с 2007 г. Россия)  конечный продукт имеет доказанную коммерческую выгоду.

«Примерим» сказанное выше к Системе ТЭС, но перед этим дадим понятие «системы», чтобы читатель принял наши доводы о признании за ТЭС именно этого термина в связи с неправильностью (как мы поняли ещё в 2006 году) применения слова «метод»:

Система – общность взаимосвязанных (последовательных) элементов;

Что же мы видим с позиций вышеназванных терминов, например, в одном из продуктов нашей разработки – оценке ТЭС? Давайте проанализируем:

(1)   Наличие определенных требований к исполнителю и некой документальной базы (материало-искусствоведческая экспертиза). Не противоречит ни одному из терминов –  «метод», «методология», «система»;

(2)   Наличие последовательных операций (= шагов), каждая из которых использует сочетание известных обществу простых методов (расчета на основе формул сложения, деления и т.п.) с оригинальным дополнением Авторов ( в виде конкретных коэффициентов в той или иной части формулы). Подходит к терминам «методология» и «система» и уже никак не подходит к понятию «метод»!

(3)   Может использовать общедоступную простую (калькулятор) и специальную (компьютер) технику (устройства), а может выполняться и на базе специально созданных для этой цели технических устройств. Подходит для понятий «методология» и «система»;

(4)   Результатом работы является материальный продукт в виде «Акта экспертизы». Есть ли у кого-либо возражения на счет того, что выполненная исполнителем работа, согласно всем требованиям Авторской разработки, имеет в конечном итоге материальный носитель  в виде вышеназванного документа ничуть не уступающий в своей сущности со многими иными материальными продуктами – например, книгой или почтовой маркой? Суть всего действа по оценке как раз и заключается в производстве этого «Акта экспертизы».

Вот мы и подошли к главным выводам из проведенного выше анализа:

во-первых, процесс оценки по системе ТЭС состоит из ряда операций (= шагов), каждая из которых в свою очередь состоит из сочетания нескольких известных и оригинальных простых методов, что в итоге вполне подходит больше под определение производственный цикл, нежели под термин «методология»;

во-вторых, вся работа по оценке по Системе ТЭС представляет из себя совершенно не простое действо, а является довольно сложным по объему работы процессом, с которым справиться может только специалист, прошедший специальную подготовку. Здесь же добавим, что не исключено применение специальной техники;

в-третьих, материальный продукт, получаемый в конце производства – «Акт оценочной экспертизы», имеет такую же суть по ряду своих главных характеристик как та же книга, а исполнитель (производитель) несет юридическую, финансовую и в конечном итоге – материальную ответственность за какие-либо ошибки и дефекты.

На основании уже этих выводов, как подтверждает вся мировая практика, есть смысл говорить о производстве, что применительно к Системе ТЭС юридически грамотнее звучит «Технология ТЭС», поскольку налицо все признаки производственно-технологического цикла: много-операционность, сложность выполнения работы на каждом операционном шаге, возможность применения специально-созданного оборудования (= устройства), наличие материального носителя (продукта), признание коммерческой выгоды при внедрении на рынок и юридическая ответственность, предусматривающая материальную компенсацию в случае рекламации на продукт. Наконец, продвижение на рынке любого продукта ТЭС оптимальнее всего при использовании франчайзинговой системы, что опять же больше подходит для «технологии», нежели чем для «системы» или «методологии» и уже совсем не для «метода»! Здесь же, важно отметить, что к технологическому циклу производства каждого продукта ТЭС относится обязательная его фиксация на цифровом (=виртуальном) носителе в соответствующей (у правообладателя и/или государственной структуре) Базе Данных, что ещё больше добавляет «баллов» в пользу нового названия нашей авторской разработки. В завершение этого раздела напомним, что результатом наших более, чем 10-ти летних изысканий является Аттестация ТЭС любого предмета культурно-исторического наследия, что по терминологии юристов, работающих в области Авторского права - как выяснилось – грамотнее переименовать в «Технологию Аттестации ТЭС» и подчеркнуть, что она по сути производства состоит из четырех взаимосвязанных технологических циклов, три из которых завершаются выдачей клиенту материального носителя информации, а один (База Данных) – виртуального.

Чтобы у читающего эти строки не сложилось мнения, что Технология ТЭС это совершенная и завершенная «навеки-вечные» разработка, есть смысл кратко рассказать об основном принципе Проекта ТЭС, на котором зиждется стратегия настоящей и планируемой работы нашего международного коллектива исследователей.  Создав в 2003 году «каркас» основных продуктов Системы ТЭС, в дальнейшем претерпевали изменения лишь второстепенные детали каждого из них. Например, в оценке ТЭС таким каркасом являются (1) первостепенность материало-искусствоведческой экспертизы, (2) Базисная Стоимость и варианты ее нахождения,  (3) Набор критериев и коэфициентные поля, (4) формулы расчета, (5) форма конечного продукта и (6) ответственность исполнителя. Для аналитика из сказанного выше будет понятно, что здесь «переплетены в единое» (неразделимое и взаимосвязанное) интересы искусствоведа, Лицензиата-оценщика ТЭС и юриста, чего уже достаточно для принятия тезиса о возможности каждым из этих специалистов усовершенствования «своей части», не говоря уже о «шлифовке» этих граней-частей «при состыковке между собой» для получения с каждым годом более совершенного продукта. А поскольку в мире коллекционирования насчитывается не менее 180 предметно-тематических направлений, то без всякого сомнения Технология ТЭС, находясь в начале своего внедрения в мировую практику рыночных отношений, будет (и просто обязана!) совершенствоваться. Подтверждением сказанному служат обновленные уже 3 раза (повторим – при неизменности заложенного в самом начале «каркаса») с 2004 года версии Оценки ТЭС (2005, 2008, 2009); два раза – версии Паспорта ТЭС (2006, 2009) и три раза Маркировки ТЭС (2005, 2007, 2008). В этой связи, говоря о коммерциализации ТЭС, нами принят «внутренний закон», который гласит о продаже (Эксклюзива на страну) и лицензировании права пользования на ТЭС (любому желающему обслуживать свою клиентуру по авторской Технологии), но в обозримом будущем не планируются к продаже Авторские права на ТЭС. Это объяснимо как тем, что, согласно стратегии Корпорации, во-1-х, поскольку каждый продукт ТЭС постоянно совершенствуется Авторами и выходят обновленные его версии, то любому Лицензиату или обладателю Экслюзива (Эксклюзивному Агенту на страну) правообладатель обязан поставлять её бесплатно. А во-2-х, к примеру, приобретя Авторские права на ту или иную страну, новый собственник может сделать с разработкой всё, что пожелает и это по понятной причине может нанести серьезный ущерб всему Проекту ТЭС, но, получив в собственность только вполне конкретную версию ТЭС такой правообладатель (этой версии) не сможет совершенствовать и обновлять продукт (как это делают Авторы), что – в итоге – в этой стране сделает бесперспективным всю дальнейшую работу по ТЭС. То есть, сказанным выше мы выбрали линию аналогичную Корпорации MicroSoft г-на Билла Гейтса – который, создав програмное обеспечение World не продает Авторские права, а предлагает купить право пользования на каждую версию обновляемого им продукта (каждый имеющий компьютер вынужден приобретать версии World 1993, 1997, 2001, 2003, 2007 и т.п.). 

Как следует из сказанного, Технология ТЭС открыта для соврешенствования для любого пользователя, основательно изучившего тот или иной продукт и увидевшего перспективу его развития. Однако, это не означает, что, добавив что-то новое к созданному нами, или несанкционированно изъяв какой-то элемент из Системы ТЭС, новоиспеченый Автор вправе расчитывать на защиту своего «детища» и его коммерциализацию. В этой связи, есть смысл, используя аллегорию, напомнить: тому, кто имеет Авторские права на «колесо» и «шестеренки» всегда будет платить тот, кто изобрел впоследствии «велосипед» или «автомобиль». Это уже давно незыблемое правило во всех цивилизованных государствах. В связи с чем, любого специалиста, имеющего аргументированные предложения по совершенствованию того или иного продукта ТЭС, мы приглашаем к сотрудничеству, что впоследствии может принести ему много больше пользы и прибыли, чем при сценарии плагиата на основании решения Суда выплачивать немалый ущерб. 

 

 

Раскрыв суть принципиально иного названия Авторских разработок ТЭС, с этого момента в любой стране Мира уже не составит большого труда отследить плагиаторов наших продуктов. А в связи с тем, что даже при названии «метод ТЭС» у нас с 2004 года на все составные части ТЭС имеется защита в виде Патентов, Авторских прав и Международного Сертификата «Копирайт», то при принятии во внимание всего изложенного выше вряд ли кто-либо из нарушителей или плагиаторов сможет и далее безнаказанно пользоваться Технологией ТЭС. В этой связи напоминаем, что получение Лицензий для коммерческого пользования не столь обременительно (по каждому продукту 75€ за год + обучение ≈ 600€) и далее Лицензиат имеет обязательство только отчисления в адрес Правообладателя (Авторов) 7% от суммы поступлений с каждого клиента, совершенно свободно создавая собственную сеть клиентов. А серьезным претендентам на роль Эксклюзивного Агента на страну мы предлагаем провести оценку стоимости бизнеса по ТЭС. Интересующимся такими цифрами есть смысл рекомендовать провести свои расчеты, которые, скорее всего, покажут много большие цифры, полученные ранее нами от двух разных фирм, специализирующиеся на этой разновидности оценочного бизнеса – итог, который мы сегодня предлагаем за статус Эксклюзивного Агента 0,5 – 1,0 млн.€ на 1 млн. населения страны (т.е. стоимость Эксклюзивных прав на ТЭС, к примеру, на страну с населением в 40 млн. будет не менее 20 млн. €), в четыре раза меньше оценки в 2007 г. бизнеса ТЭС от профессионалов из России и США. Возможно эти цифры могут удивить кого-то из читателей, однако, подчеркнем – во-первых, рынок сферы услуг рынка антиквариата практически девственно чист – Технология Аттестации ТЭС (особенно оценка ТЭС, на основе научной теории методов затратности и прибыльности, а не сравнений) пока не имеет конкурентов; во-вторых, годовой оборот мирового антикварного рынка составляет по разным источникам $180-260 млрд. и если принять во внимание эти цифры с учетом вышесказанного про ТЭС на фоне существования не менее 180 предметно-тематических направлений, то наш бизнес будет скорее всего оценен много выше сегодняшнего предложения для солидного бизнеса/компании на получение статуса Эксклюзивного Агента на страну. Определенным оправданием в какой-то мере может служить информация о более, чем 10-летних изысканиях в этой области, финансируемых нашей небольшой частной Корпорацией с самого начала как «венчурный проект» (т.е. с большой долей риска). Однако, методом «проб и ошибок» нам все же, по нашему мнению, удалось не только создать собственную школу по проблематике культурных ценностей, но также доказать серьезным критикам из разных стран о высоком потенциале Технологии Аттестации ТЭС для мирового антикварно-коллекционного рынка. Есть уверенность в том, что сказанное выше о коммерциализации Проекта ТЭС будет особенно понятно тем представителям частного бизнеса, которые, подобно нашей Корпорации, ставили цели, рисковали собственным капиталом и в конце-концов достигали её десятилетие спустя.

На фоне приемлемых требований для Лицензиатов ТЭС – в своем роде похожих на «тружеников-пчёл», собирающих по крупицам «нектар» (= заявки) со своих клиентов и перерабатывающих их в «мёд» (= тот или иной продукт ТЭС) и довольно высоких требований к претендентам на статус Эксклюзива на страну (в аллегории – подобно владельцу всего «рынка мёда» с немалым количеств пасек), наша Корпорация на основании договора передает в БЕСПЛАТНОЕ пользование любого из продуктов Технологии ТЭС государственным структурам для пользования в целях Аттестации (оценки, паспортизации, маркировки, програмное обеспечние) государственной собственности.

Благодарность: автор выражает благодарность г-ну Ruvi-Arnold Skolanek (Swiss), доктору юриспруденции, за помощь в юридических вопросах по § II этой публикации и в защите Авторских прав на Систему ТЭС.

                                               Библиография

1.       Козлов Г. Покушение на искусство. – М.: Слово, 2007, 650 с.-ил.

2.       Houpt S. Museum of the missing. – Toronto: Madison Press Book,2006, 192 p.-il.

3.       Межнародні стандарти оцінки. Восьме видання  МСО 2007. – Київ:АртЕх, 2008, 403 с.

4.       Tamoikin M.Yu., Tamoikin D.M.,  Tamoikins Family Museum: book 1. – Vilnius: ARX-Baltika, 2004, 200 p.-il.

5.       Тамойкин М.Ю., Тамойкин Д.М. Экспертиза стоимости предмета коллекционирования. –     Вильнюс: Tamoikin Inc., 2005, 58c.

6.       Тамойкин Д.М., Тамойкин М.Ю.  Оценка антиквариата. – Киев: «Аванпост-прим», 2008, 88 с.

7.       Tamoikin D.M., Tamoikin M.Yu. Solving the last unregulated World market of Art, antiques and collectibles. System TES. – Internet: Google (Knol), 2009, 95p.

Киев – Вена - Прага,  август-сентябрь 2009 г.                 www.tamoikinsmuseum.com

Тамойкин М.Ю., Ph.D., вице-президент Tamoikins Museum – Tamoikin Inc. (Canada)